«Эта работа очень примиряет с действительностью. У меня не вызывает шока, что люди умирают, что они могут тяжело болеть. Может тяжело заболеть самый прекрасный человек на свете. Это есть, это часть жизни — ничего с этим не поделать. Если я буду только сокрушаться и жалеть, ничего не изменится, кроме моего физического состояния».